"Мой папа брал Берлин" - воспоминания И.Болджуровой

Победа 75 0

Приближение светлого праздника «со слезами на глазах» - 9 мая - всколыхнули сердечную память о родителях, для которых эта дата была почти священной! Оптимизм и скорость передвижения моего отца с палочкой, который моментально исчезал с горизонта видимости, с папочкой под мышкой, и в течение дня побывавшего то в Первомайском районе на суде аксакалов, то с сослуживцами-ветеранами на заседании совета аксакалов МВД, то в парке Панфилова, играя с ними в бильярд - никак не сочетались с его преклонным возрастом… Мама, с легкостью проходившая утром рано более километра, чтобы прибежать и посидеть с внучками, пока мы на работе…. Казалось, так и должно быть…

Воспоминания о родителях затрагивают наши самые сердечные переживания, не высказанную благодарность, восхищение силой духа, оптимизмом, жизнелюбием в их сложной, непростой жизни.

Мой Папа – Садык Болджуров, родился в 1922 году, очень любил меня и поэтому взял официально дату своего рождения 22 декабря, день моего рождения. Я же его первенец, он стал отцом почти в 30 лет, а для кыргызов это уже поздний ребенок, позднее отцовство.

Папа родился в семье с большим достатком, его дед – Иманалы, дважды выбирался в бийи (судьи) волости. А отец – Болжур (по азану- первое его имя - Касымбек), был младшим сыном Иманалы-бия. Бабушка Папы – Болду - дочь иссык-кульских саяков, позже ее отец и близкие родственники были раскулачены и сосланы в Украину. А мама Папы – близкая родственница Кадыр-Аке Байсорина из рода - арык-тукумов. Ее в нашем селе –Тасма (род тогуз байев, входящих в Бугу) из-за большого калыма, заплаченного за нее, называли «Мин тенге» («Тысячу денег»). Болжур-Ата, как рассказывали старейшие жители нашего аила, был очень спокойным, медлительным человеком, читал Куран. И женщины рода, невестки, по принятой традиции не назвать по имени родственников мужа, обращались к нему не по настоящему имени - Касымбек-ава, а Болжуке-ава. Когда пришла советская власть дед наш был репрессирован, раскулачен, сослан под Москву, по принятой тогда статье 58 – враг народа. Просо, зерно в семейном подвале, более менее ценные вещи, кони и скот были экспроприированы активом. Семья, где в основном были маленькие мальчишки, остались с матерью голодными, обобранными. Скоро умерла и их мама. Оставшиеся в ауле родственники во время переписи сельским советом населения аила в середине 1930-х годов, малолетних детей деда так и называли активу – дети Болжура… Поэтому мой отец, его братья так и стали носить эту фамилию, хотя настоящее имя деда было Касымбеком… Мне всегда очень жаль моего Чон ата. Когда его раскулачили и арестовали, ему было почти 60 лет. Оторвали от своих корней, своего ритма жизни, уклада жизни, он не знал русского языка… Наверно, над ним издевались. В далеком детстве, когда мы приезжали в гости в аил отца, слушали воспоминания нашей дальней тетушки Айши-апа, она рассказывала, что очень редкие письма от деда приходили до середины 1941 года. А потом только в 1946 году пришло известие, что он скончался от болезни сердца. Папа был уверен, что их, арестованных по 58 статье, наверняка расстреляли, когда фашисты приближались к Москве еще в 1941 году. К большому сожалению, ни Папа, ни мы не знаем, где похоронен наш Чон ата. Светлая ему память.

И после ареста дедушки, Папа испытал все тяготы, навалившиеся на «детей врагов народа»…

Его в 12 лет запрягали весной в соху, а на дедовском аргымаке сидел их джигит, который когда-то обслуживал их. Увидев это, наш родственник сочинил большой плач – кошок. Я не запомнила все, только помню отрывок: «Кара таман – чон болду, чойулган манап – кор болду» (Грязные - стали главными, а манапы – оскорбленными) . Папа в детстве рассказывал, как они голодали, когда у них советы забрали все зерно и просо, живность, и дети отправились к родственникам матери в Ак Суу. Ее родственники прятали их за одеяла, тошоки, скатанные в рулоны и кормили по ночам… По дороге к ним один из младших братьев уснул, отлежал правую руку на холодной земле, так и прожил жизнь с засохшей рукой….

Отец, окончив школу, поступил в Пединститут в Караколе на математический факультет. С началом войны его, студента второго курса, призвали на военную службу. Сначала грамотного парня отправили на учебу и службу на Дальний Восток в 67-й учебно-военный полк, где он прослужил с октября 1941 по апрель 1943 года. В разгар войны его направляют в 942, а затем 688 специальный батальон связи второго Белорусского фронта связистом-телефонистом. Как известно, на войне первыми на передовой оказывались связисты. Участвовал в прорыве знаменитой линии Маннергейма. Непосредственно участвовал в прорыве блокады Ленинграда. Кстати, как участнику прорыва в советское время Папа, часто за счет военкоматов, ездил в Ленинград. Далее он прошел войну от Ленинграда до Берлина в составе второго Белорусского фронта под командованием Константина Рокоссовского. Папа очень его любил и ценил, восторженно отзывался о нем, как об «отце солдат»….

Папа был не раз ранен, контужен… Так что, кровью «обмыл» свое происхождение… У него было множество военных наград - ордена, медали, благодарственное письмо от главнокомандующего… Война унесла жизни трех старших братьев… А младший, который был призван вместе с Папой, и сразу же отправлен на фронт – Кыдык – погиб в Венгрии, когда ему было всего 20 лет… Папа не уставал рассказывать о том, что они были очень талантливыми, душевными Личностями….

После войны отец учился в высших юридических курсах, и в 1949 году был направлен в Иссык-Кульскую область заместителем начальника областного отдела милиции. Но, «добрые люди» написали в МВД анонимное письмо, что он сын кулака, врага народа и как ему доверять такую ответственную работу. Его сняли. Но Папа не сломался, а ушел в адвокатуру. Потом вернулся на службу в органы внутренних дел. Был участковым на Иссык-Куле. Единственным участковым от города Рыбачье до города Чолпон-Ата. Кстати, не было у него ни машины, ни мотоцикла, с раннего утра до позднего вечера – он был на работе, улаживая дела то в одном селе, то в другом. Отец известного журналиста Леонида Зеличенко, тогда работавший в центральном аппарате МВД Кирг. ССР, рассказывал, что в середине 60-х годов ХХ века был проведен республиканских смотр деятельности участковых и самым лучшим участковым был признан Садык Болжуров. Хотя участок был очень тяжелым. В те времена в Прииссыккулье выращивали мак и криминала было достаточно….

"Кыргызский Анискин" Садык Болджуров, 1950-годы

Позже Л.Зеличенко написал большую статью о Папе в их ведомственной газете МВД под названием: «Кыргызский Анискин». После выхода на пенсию, Папа стал работать заведующим отдела охраны природы в Тюпском райисполкоме. За свою работу и на этом хлопотном посту получал массу грамот, благодарностей. Так как все дети разъехались, наши родители в конце 80-годов переехали во Фрунзе. И в городе Папа не мог сидеть дома и смотреть телевизор, с утра уходил на собрания и встречи с молодежью, школьниками, рассказывал им об истории страны, о войне, активно участвовал в суде аксакалов Первомайского района. Участвовал в работе совета ветеранов МВД КР, очень переживал за рост преступности и криминала в молодой стране, получившей независимость.

Кстати, он очень хотел получить высшее образования, заочно доучился до 4 курса юридического факультета Кыргызского Государственного университета, но сложная работа, многодетная семья не позволили закончить вуз.

Что меня поражало в нем? Неуемная честность и ответственность, преданность службе и Родине… Казалось, он должен был быть обижен на весь свет, за несчастное сиротское детство. Но, он только до слез в глазах ненавидел Сталина. «Кан ичкич»( Кровопийца) - говорил он, часто из-за этого конфликтовал с друзьями, сватами, которые хвалили Сталина. Видимо, с детства он считал главным виновником всех бед его семьи Сталина.

Я часто слышала в детстве, да и потом, от него такие фразы – «честь мундира», «честь офицера», «честь имею». Теперь я понимаю, как он был предан своей работе и служению народа. И нас учил быть честными и трудолюбивыми, постоянно учиться, жить по совести. Многие черты характера он передал нам. И еще, несмотря на то, что у него было 10 девочек, и лишь один мальчик, он никогда не унижал нас – считая девчонками. Наоборот, он говорил: «Дочери – мое богатство, гордость – всем дам высшее образование, как бы мне трудно не было!». Осуществилась его мечта – все мы получили высшее образование, учились в Москве, Ленинграде, Новосибирске, во Фрунзе… Он очень гордился нами… Всем друзьям и родственникам говорил: «Нет лучше детей, чем дочери – это радость, гордость и поддержка, мое продолжение».

К сожалению, всем казалось, что они всегда будут рядом, и мы еще успеем поблагодарить их, сказать - как они нам дороги и ценны… В суете государственных дел и в семейных хлопотах, оказалось, быстротечно утекло время. Но память – жива! И мы с трепетом относимся ко Дню Победы!

Папочка – с твоим любимым праздником! Помним, любим, благодарим!

Ишенkуль Болджурова

2 мая 2020 года

Комментарии

Оставить комментарий